• 7 second`s •

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

• 7 second`s • > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — четверг, 13 декабря 2018 г.
... Dementra Phoenix 08:14:59
Я от своих одногруппниц ожидала всё, но не это.

Красавеца подтвердила мои подозрения о тупорылости типичных инстаграмщиц.

23-х летняя баба на третьем курсе всерьёз спросила "Что такое кобыла?".

Препод даже не сразу понял, о чём она спросила.

От второго "Ну вон там написано "кобыла". Это что такое?" пришлось применить титанические усилия, чтобы не сработал истеричный фейспалм.

Пиздец.

Категории: Текст, Мысли, Жизненное
Вчера — среда, 12 декабря 2018 г.
Неужели у меня начали появляться эмоции? И все не так безнадежно... Сириус Маркус 23:30:47
Неужели у меня начали появляться эмоции?
И все не так безнадежно :/
Походу реабилитируюсь.
Эти эмоции гнев, ненависть, разочарование.
https://youtu.be/MB­G3Gdt5OGs
OSTs "Kaiba" chigurh в сообществе Moramo 19:19:30
­­

одно из самых запоминающихся аниме поднимающее сложные философские вопросы: что есть личность, сознание, определяют ли нас наши воспоминания, темы добра и зла. Сложная для восприятия рисовка с минимумом деталей, но со интересной анимацией. Футуризм по-японски.

Категории: Аниме, Kaiba, Музыка, Японская мультипликация
Взято: !!! 0...0... 17:31:16

С отвагою­ в сердце кидайте­сь в бой, крича: За нас Господь­ и Англия,­ и Святой Георг!

­новогодний саня 12 декабря 2018 г. 20:58:19 написала в ­дом для тихони / НГ ЛОТЕРЕЯ!
ВСЕМ ДОБРОГО УТРА, ВЕЧЕРА, ДНЯ И НОЧИ!!
­­
Ребятки! А у нас то что скоро? Какое событие? Канешна Новый год!
И в этом году мы решили устроить для вас праздничную лотерею!
Суть значит в чём: у нас есть 13 подарочков-работ от наших мастеров, то есть в этой лотерее будет 13 победителей.
(Один пользователь = один номер)
Мы их выберем чисто рандомно с помощью генератора из людей, что отпишутся в этой теме своим порядковым номером.
НО!
Это ещё не всё!
Подарки то вы сразу не получите.
Я дам вам, победителям, номера, под которыми как раз-таки и скрываются ваши подарки.
Вы их выберете, а я после отправлю ваши никнеймы и подписи мастеру, который подпишет и выложит ваш приз.
ИТАК, ЧТО ВАМ НУЖНО СДЕЛАТЬ:
- отписаться порядковым номером
- и ждать 15-16 числа
ВОПРОСЫ, КОТОРЫЕ МОГУТ ВОЗНИКНУТЬ:
Что, если у юзеров случайно вышел один порядковый номер и он выиграл? Победитель тот, кто первый его написал
Работники соо могут участвовать? Да, если ты изначально не участвовал в нашем квесте.
ВСЕМ УДАЧИ!
Я БУДУ ОЧЕНЬ РАДА,
ЕСЛИ ВЫ РАССКАЖИТЕ О ЛОТЕРЕЕ СВОИ ДРУЗЬЯМ/ЗНАКОМЫМ!
ЖДЁМ 15-16 ДЕКАБРЯ!
Источник: http://hochukurnut.­beon.ru/4-383-.zhtml­
Бренд так бренд, мам, сказала бы сразу! Ригeн 09:55:02

Капитан.


Мама, ну ты чё блин!

Сказала год назад, что хочет своё ателье, мы его открыли.

Я хотела заниматься рекламой, но мама отговаривалась, ленилась, я вообще этого не поняла.

Почему она так? Реклама стоит копейки, нужно только желание и всё.

Вообще занималась как-то без охоты.

В итоге оказывается, что она Вообще не хочет заниматься ателье, а хочет свой бренд одежды!!!

Ну блин мама!

А чем мы год занимались блин?

Зачем мы это делали блин?

Говорит, что ей просто нечем было заниматься и она не хотела уже работать в ателье, а захотела своё дело.

Начали бы год назад заниматься разработкой бренда, сейчас бы уже были результаты.

Сказала бы сразу, что хочет восстановить своё производство, никто ж не против!

Если бы я начала разбираться в дизайне одежды год назад, сейчас бы я в этом уже шарила, а так я в этом вообще алё.

Ну, что ж.

Окей.

Она, оказывается, не хотела чтобы я занималась рекламой, потому что не хотела новых клиентов, которых она не любит.

Ну я её в этом понимаю, она по натуре лидер, а не работник, и выслушивать сумасшедшие пожелания рандомов - явно не её хобби.


Категории: Жиза, Семья, Делишки
Позавчера — вторник, 11 декабря 2018 г.
Без названия. Taint 20:02:03

Lost & delirio­us

Сказка о Монстре.docx

Подробнее…Их легенды пытаются уберечь их от ошибок, но они никогда не верят. Им говорят: «не ходи по лесу в ночи, не заходи глубже в чащу», но они никогда не слушают. Их глаза не способны увидеть даже шорох в листве, а ноги точно не унесут от беды. Их сердца выдают себя во тьме, а запах страха непреодолимо и точно несет к ним смерть.

То был лес с сердцем темнее беззвёздной ночи. То был лес, в котором не желал бы уснуть ни один лютый зверь. То был дом тьмы и пристанище для любого, жаждущего нести боль и страдания. С наступлением темноты раздираемый стонами земли от мук сотнями чудовищ, живущих там.

-Я чую новых гостей, - бархатистый рык, пробирающийся под кожу идеально острым скальпелем.

Теперь им не сбежать, что бы они не сделали. Две тени блеснули в холодном свете луны, накрывающем кривые лапы безлистных деревьев, умирающую, почти черную сущую траву, оголяющую грязь земли. Стук сердец отдается в их голодных телах, рождая лишь один, неподвластный разуму, инстинкт. Теплые, хрупкие, сладкие. Еще ни о чем не догадываются, но им уже отрезают путь к свободе, перерезая как ножницами нити их судеб.

-Слишком быстро бьются… - выдохнул один беззвучный шепот.

-Там… дети, - ответил ему второй и тень застыла, скрываемая ночью, потому невидимая для зрения людей.

-Дети, - облизнулся первый и рванул с нарастающей скоростью и дрожью своего плотоядного существа.

Но не успел он и приблизиться, как его сбила тень, заставляя отлететь на десятки метров, ломая ветки кустов и сучья деревьев. На шум и треск люди обернулись, наконец заподозрив что-то неладное. Они заметили сияние хищных глаз и тут же рванули к свободе, думая, что им хватит сил.

-Какого черта ты творишь?

-Дети не способны по-настоящему бояться и дать отпор. И ты называешь себя охотником?

Блеск оскала одного и титаническое спокойствие другого. Они больше не произносили слов, но ощущали ярость и чистую злобу друг друга как нельзя четче. Все закончилось тем, что первый рванул, решив во что бы то ни стало завоевать эту сладкую добычу, оставив другого в тяжелых раздумьях. Не прошло и минуты, как лес заполнился страшными воплями, такими обычными для этого края. Десятки холодных глаз выглянули из тьмы в печали – эта добыча досталась не им. А тень стоял на месте, смотря на свет единственно вечной ему спутницы, будто требуя от нее ответа.

Раздался детский оглушающий плач и все тело дернулось спазмом, таким необычным для вечно спокойного и уверенного в своих силах охотника. Он быстро нагнал своего товарища, расправившегося со взрослыми и теперь надвигающегося на двух маленьких беззащитных созданий, даже не понимающих что происходит, а плачущих от того, что их уронили на холодную землю.

-Тебе мало двоих, чтобы насытиться? – тень отвлек его внимание, заставив остановиться.

-Мне всегда мало. Будто ты не знаешь какая бездонная пропасть в нас.

-Ты прав, - выдохнул он и хватило человеческого вдоха, чтобы сократить расстояние и еще меньше, чтобы разорвать его грудную клетку и изъять все еще бьющееся черное сердце жестокого убийцы, - именно поэтому я заполняю ее себе подобными.

Глаза товарища беззвучно вопрошали, смотря с изумлением и страхом. Тело уродливо изогнулось в свой последний раз и опало на землю, в алую лужу крови людей, заливая ее своей чернильной мерзостью. Плачь продолжался и сквозь него едва можно было услышать шорох приближения остальных. Все замерли, немея от страха перед чудовищем, убившим чудовище. Им показалось, что он улыбался, словно на мгновение стал самым счастливым в этом убогом краю.

Он хотел было уйти сразу после того, как сердца были сожраны, но стоило сделать пару шагов в чащу, как детей окружили другие слабые твари, опьяненные человеческим запахом. Ему забавляло, как они держат дистанцию и, сделав шаг к ним, он заставил их всех попрятаться по кустам обратно. Усмехнувшись, он подошел к детям и услышал легкие вздохи и рыки отчаяния. Многие из них из своей слабости давно не ели и уже на грани своего существования. Решаться ли они отобрать единственный доступный им сейчас корм? Что-то внутри затрепыхалось от этих мыслей, и он склонился к плачущим дрожащим комочкам, сразу вдыхая странную сладость их тел – до тошнотворности приторно. Он размышлял над тем, как другие твари могут это есть, когда

самому даже касаться их не хотелось. А может он уже привык к горечи и даже гнили, казавшейся ему вкуснее любого самого сладкого десерта. Неуклюжие когтистые лапы сгребли обоих вместе с землей, оставляя рваные следы на почве. Десятки глаз следили за каждым его движением, как гиены, ждущие ухода насытившегося льва. Но в этот раз хищник забрал все, не оставив объедков. Он мучительно медленно уходил с поляны, еле сдерживая издевательскую улыбку, слыша эти тихие шорохи за собой. Они шептались, решая взять количеством, но каждый из них готов был дать деру, стоило ему хоть раз взглянуть на них. Решаться ли они сделать хоть что-нибудь, чтобы выжить? Его чертовски интересовало на сколько люди и твари различаются в страхе перед смертью, но по итогу это было единственное, что их объединяло и делало до омерзения похожими. Он не хотел оставлять себе детей и нес их краю леса, чтобы оставить людям, которые смогут взрастить из них новую пищу. Он редко выходил за границу леса, ему это было не нужно – люди сами лезли в лапы чудовищ столько лет, даже и не думая что-то менять. Интерес заставлял выглядывать, но там все вокруг было ужасно не похоже на его дом, на то место, где он родился, вырос и жил так много столетий. Он не боялся, скорее ему было там скучно и все до приторности сладко, как и запах от детей. Он взглянул на них, мирно уснувших в лапах чудовища, даже не представлявших, сколько их сородичей мучительно погибло от них. На расстоянии от него до сих пор мельтешили другие твари, ждущие его решения, а он смотрел на этих детей. Он никогда еще не ощущал этих эмоций – спокойствие и тягу к его существу, которое согрело и… спасло? Могли ли они знать, что он сделал для них. Впервые никто не боялся его прикосновений и не пытался убежать, раздирая глотку криком ужаса. Даже чудовища способны ощущать одиночество и потому он хоть и на время, но связывал себя с другими тварям. Но они были мелочные, жадные. Им нужна была лишь пища. И не будь он сильнее их – давно сам мог умереть в когтях себе подобного. Ни о какой тяги друг другу и говорить нельзя, если ты живешь в постоянной бдительности.

Он мотнул мордой, прикрывая глаза, пытаясь сбросить с себя навязчивые мысли и странные чувства, закопошившиеся там, где всегда так пусто и темно. Выйти и оставить их у какого-нибудь дома. Их воспитают и вырастят в очередных зверушек, которые, встретив монстра, закричат и попытаются убежать. Которые будут заливаться слезами и умолять не трогать, а может попытаются убить ножом или ружьем, чтобы спасти свою жалкую вонючую шкуру. А если человек будет жить с монстром – каким он тогда станет? Желание изучить что-то новое, чтобы побороть вечную скуку заставило его шагнуть обратно в лес с этими маленькими сопящими комочками в его жестоких лапах. К тому же, он сможет увидеть ясней, решится ли какая-нибудь тварь перебороть свой страх, чтобы выжить. Так много оправданий для странных ощущений, родившихся внутри.

1.

Когда-то давно, еще до появления тени, этот лес был чем-то другим и по всей территории жили и охотились люди. Поэтому нередко в чаще можно найти одинокую обветшавшую хижину, которую теперь обжило какое-нибудь чудовище, слабо поддерживая в ней жизнь только чтобы задремать в сравнительной безопасности, а может быть в странном поиске уюта в те дни или месяцы, когда охота затихает. Он принес детей в свое убежище, к которому не смел приближаться никто в здравом уме, ибо он любовно охранял место своего обитания и мог убить любого, даже если особой надобности в этом не было. Ему пришлось многому научиться в уходе за человеческими детьми, чтобы те перестали так громко кричать, привлекая лишнее внимание. Но даже учитывая повышенный интерес, в первые годы никакое чудовище, даже находясь в самом отчаянном положении, так и не решилось нарушить границу тени. О нем было известно во всех уголках темного края и только подобные его силе могли рискнуть завести с ним «дружбу», постоянно находясь в молчаливой войне своей холодной энергетикой. Ему пришлось узнать, что люди любят тепло и поэтому нужно в холодное время растапливать печь. Ему приходилось мириться с удивленными непонимающими взглядами себе подобных, когда он ломал деревья и разрезал их в дрова, тратя силы на странное занятие. Именно из-за тяги к теплу он как какой-нибудь вредный гном из сказок воровал одежду, часто пугая чужих детей, удивляясь тому, как те кричали, только увидев его косматую морду, и как те два мальчика были спокойны в его присутствии, начиная кричать лишь тогда, когда им что-то было нужно. Но никогда он от этих двоих не ощущал страха.

Ему пришлось узнать, что дети мало того, что не едят ни сырое сердце, ни сырую плоть, так и в принципе им нужна особая еда. И пока они не подросли для нормальной пищи, все остальное он так же воровал, слишком сильно вливаясь во все человеческое. Он нашел их странное успокоение от светлячков, треска дров в камине, жужжания жуков, которых ловил им в бутылки, чтобы они могли их трясти, выуживая все новые и новые звуки. И когда они осознали новое место пребывание домом, а его – родителем, он впервые услышал странный человеческий звук – смех. Они сидели рядом с ним, дергая за черные космы, потряхивая жуков и смеясь, изредка поглядывая, будто пытаясь ему что-то сказать. На мгновение ему показалось, что его пустота внутри закрылась и наступило странное умиротворение, но тяжелые мысли растолкали все по своим местам, возвращая его сущность. В ту же ночь он ушел на охоту не за едой, а чтобы вспомнить, кто он на самом деле такой.

Он много думал над тем, что, взрослея они когда-нибудь поймут разницу между собой и им, а может быть он захотел примерить на себя личность человека, почувствовать, что значит быть одним из них, и в силу изменчивости своей сущности принял облик последнего убитого им. Он обращался в свой истинный облик лишь когда шел на охоту, практически не прячась от детей. Но те воспринимали все так спокойно, будто так и должно было быть. В первые дни даже пугались, когда он предстал перед ними не лохматой тварью, а миролюбивым осанистым мужчиной. Он общался с ними так же, как и они с ним – звуками. И стоило ему издать свой бархатистый рык, как они перестали плакать и долго всматривались в глаза, прежде чем спокойно подпустили. Интересно, подумал он, как для них важны ощущения, а не то, что они видят глазами, как у взрослых, совсем не похожих на детей. Или это дети разительно отличались от взрослых и способны были полюбить даже чудовище, если он греет и заботится о них.

Он заметил, как они нуждаются в его обществе и его общении, стоило им научиться ходить. Он часто уходил из дома и бывал сутками не появлялся, лишь следил за другими тварями, что шатались поблизости его территории. Когда он возвращался, они жались к нему и бывало заползали на его постель, когда он дремал, а сон его мог длиться чуть ли не неделями. Разве что приходилось укорачивать, дабы добывать им корма. Они одинаково спокойно обращались к обоим его обличьям, совершенно не чувствуя опасности от его клыков и когтей, хотя ему бы хватило одного молниеносного движения, чтобы лишить жизни обоих.

В очередной раз смотря на их умиротворенные спящие лица подле себя, на своеобразной кровати из шкур поверженных сильных собратьев, он почуял чужой запах, зашедший слишком далеко. Неужели кто-то все-таки решился отвоевать себе обед. Он мягко, но быстро сполз, не потревожив сна обоих и вышел, заинтересованный поведением другой твари. Тварь не только нарушила границы, но и подошла непозволительно близко к его хижине и теперь вряд ли выберется живой.

-От твоего дома исходит сладкий запах. Почему ты их давно не съел? – вопрошала она, выходя в холодный свет луны.

-Перед тем, как ты умрешь, я спрошу: зачем ты пришла сюда?

-Мы, - тварь расплылась в усмешке оскала и из тени вышли другие.

Они как-то умудрились спрятать от него свой запах, чтобы подойти незаметно. Он не знал, сколько здесь тварей и не могли ли они зайти со спины, что, наверняка, они и намеревались сделать, раз нашли такой ход. Тем лучше.

-Наконец-то я насыщусь, - его голос снова принял манеру рыка, переходя на какое-то утробное клокотание, а на морде появилась кривая плотоядная улыбка.

И в тот же момент умерла уверенность тварей в своих силах, решивших взять штурмом убежище свирепого и безжалостного убийцу, укрывающего манящие кусочки к жизни. Они уворачивались почти с той же скоростью, с какой он подлетал к ним, практически не касаясь лапами земли, будто движимой одной лишь жаждой смерти. Но все же он был быстрее. Хруст переломанного хребта, глухой удар срезанной головы о почву, в небо ударила струйкой черная жижа, заменявшая тварям кровь. Тело задергалось в конвульсиях и почти сразу свалилось к ногам тени, облизывающего свои когти, окидывая взглядом застывшую толпу. В его оскале звучал вопрос «кто следующий», но они все решили, что игра не стоит свеч. Слишком поздно. Он молнией метался от одного к другому, срезая лапы, головы, пронзая грудь подобно копью, заливая и так черную почву новыми порциями тьмы.

-Скажи, на что ты готов, чтобы выжить? – как-то неимоверно нежно проурчал он, вздергивая последнюю оставшуюся в живых тварь за горло.

-Я… буду охотиться для тебя.. охранять твою территорию… твоим оружием, - взмолился он, дергаясь в его крепкой хватке.

-Зачем мне такое жалкое оружие? – рассмеялся он, одним сильным движением сминая шею так, что позвонки превратились в порошок, а морда безвольно повисла на его руке, как и обмякшее безжизненное тело.

Когда он вернулся к хижине, он увидел мальчиков, стоявших в проеме и смотревших вдаль. Он увидел их раньше, чем они его и задался вопросом, почему они выглядели такими обеспокоенными и напуганными. Когда же они смогли разглядеть его, они оба побежали босиком по холодной почве навстречу, заливаясь детскими слезами, издаваясь звуками, которыми выражали страх. Но не тот страх, который он привык чуять к себе от людей и даже себе подобных. Они боялись, что с ним что-то случилось и он больше не вернется. Эти странные ощущения, которые породили их эмоции, свалили его на колени, будто самое сильное оружие попало пулей в самый центр его сущности. Они жались к нему, цепляясь за испачканную в чужой крови шерсть, даже не думая где он был и что делал. Они просто были рады, что он пришел.

В голове мелькнули мысли, что, если он их оставит, они неотвратимо изменят его жизнь и всю его суть. Может, даже погубят? Может быть, уже пора отдать их людям, пока они еще не выросли в полноценных взрослых. Тем более, он уже проверил и твари действительно могут рискнуть жизнью, ее же защищая. Но ему было интересно, какими взрослыми они станут, живя в таком убогом краю вместе с монстром. Он не хотел признаваться себе и решил, что просто еще не время. Впервые, неосознанно он подарил им объятья, хоть и считал их бессмысленным жестом слабых.


Категории: ШобНеЗабыть
20:19:34 Taint
понедельник, 10 декабря 2018 г.
--- bleeding wound 19:20:12

Прямо на моей могиле танцуйт­е

Isn’t this enough?
What would be enough?
#65 Джек . . в сообществе [работы одного идиота.] NEW YEAR AVATARS 17:12:10

— И в край родной,­ родная песня наша.

Miraculous LadyBug/Леди Баг и Супер Кот.
Rena Rouge/Рена Руж.
Подписываю первым 5-ти.

Подробнее…­­


Категории: 100х162, Анимация, Мультфильмы, Леди Баг, Рена Руж
показать предыдущие комментарии (1)
17:17:56 Джек . .
Прошу. i7.beon.ru/9/58/2375809/30/128460930/renarouge1.gif
17:20:03 Королева Единорожек.
Спасибушки <3
17:20:24 Джек . .
Пожалуйста. Пользуйтесь на здоровье.)
12:47:16 mарлс.
marls, пожалуйста **
- Сколько у тебя было партнёров в... Анж Дембери 10:24:36
 - Сколько у тебя было партнёров в сексуальном плане?

Вот такой личный вопрос без единой эмоции, со спокойствием, без капли смущения задал тебе загадочный масочник, у которого тебе нужно было найти маску для особого задания. Казалось бы, ты должна покрыться румянцем от таких вопросов и начать неуверенно себя вести, но ничего такого внутри ты не чувствовала. Сидя на стуле, напротив молодого человека, чьё крепкое телосложение украшало множество татуировок, ты чувствовала, как мышцы начинают сжиматься от сладкого томления. Пока его руки касаются твоего лица, тебе хочется закрыть глаза от этого приятного чувства, но пылающий огонь в глазах не даёт тебе этого сделать в жажде ещё немного полюбоваться этим необычным парнем, который с первой же встречи вызвал у тебя необъяснимое чувство притяжения.

- А ты всегда задаёшь своим клиентам такие каверзные вопросы? - с ноткой сарказма спросила ты, не желая поддаваться на его провокацию.

- Это поможет мне лучше узнать предпочтения клиента, - спокойно отозвался он, делая замерки твоего лица.

Когда он приблизился к тебе, ты почувствовала лёгкое покалывание внизу живота.

- А у тебя самого сколько было девушек?

По его лицу трудно было определить, какие эмоции он испытывает. Но где-то внутри он почувствовал что-то незнакомое, несколько волнительное и приятное ощущение. Он был готов усмехнуться про себя, заметив, что ему впервые попалась такая смелая и нахальная клиентка, совсем не смущающаяся ни его внешнего вида, ни интимных вопросов. Ута готов был поклясться, что он удивлён тому, что эта девушка не является гулем. Что-то у неё было от хищников, что-то в ней было дикое, опасное, завораживающее. Но на лице не дрогнул ни один мускул, не желая выдавать явный интерес и любопытство хозяина в сторону человека.

- Ты не первая, - спокойно ответил Ута, хотя в его тоне ты смогла расслышать насмешливую интонацию и не менее дерзкую, будто он сам бросает тебе вызов, пытаясь смутить или же пристыдить. Ты точно не могла сказать, что именно он задумал сделать, но эти слова возбудили в тебе лёгкий азарт.

- Это смахивает на намёк, - игриво улыбнулась ты, положив ногу на ногу, из-за чего у тебя слегка приподнялась юбка, обнажив наполовину соблазнительную часть твоего тела, на которую масочник тут же обратил внимание, но лишь мимолётно, что в какой-то степени огорчило тебя. - А все гули такие не прямолинейные?

Молодой человек замер от твоего вопроса, который ввёл его врасплох. Но напряжённые черты лица снова расслабились, когда он услышал за своей спиной всё тот же игривый смешок. Такая черта совсем не свойственна обычному человеку, у которого при встрече с гулем сердце останавливается от страха, а ноги сами уносят вдаль, пытаясь найти безопасное место. Это было совсем не серьёзно, немного по-детски и кокетливо, что присуще женщине, которая хочет от мужчины получить что-то особенное.

- Все ли следователи среди девушек такие смелые? - поинтересовался он, встав около полок с различными масками и перебирая пальцами каждую из них, пытаясь найти подходящую. У него не было чувства страха. Какой смысл бояться, если этот следователь не в силах убить гуля? Но такой поворот событий отнюдь не навлёк на него смутил расправиться с безоружной жертвой. Надо бы уничтожить свидетеля, но внутри всё противилось этому. Он почувствовал знакомый азарт, какой сейчас был у тебя, поэтому данную ситуацию он воспринимал как невинную игру без обязательств и доли опаски.

- Тебя интересуют только такие особи? - беззаботно спросила ты. - Не бойся, я хочу жить в мире с гулями, так что я не стану нападать на тебя. Кроме того, ты можешь полностью осмотреть меня и убедиться в том, что я не представляю опасности.

Ты поднялась со своего стула и без капли смущения сняла с себя мужской плащ, под которым было лишь нижнее бельё. Вещь, упавшая с характерным звуком на пол, привлекла внимание масочника, который повернулся к тебе. Без тени смущения и стыда он оценивающе разглядывал девичье тело, соблазнительно выделяющееся на фоне тусклого света в помещении, ещё больше притягивая к себе взгляд молодого человека. Ты бросила на него дерзкий взгляд, полный вызова и азарта, желая вовлечь его в свою игру. Изгибы тела влекли его, главная мужская часть тела трепетала от этого великолепного вида, призывая кровь кипеть на средоточии интимной силы, но Ута упорно сопротивлялся этому чувству, ощущая какой-то подвох.

- Неужели боишься? - с очередным вызовом бросила ты, уперев руки в боки. - А я считала, что гули более смелые, - небрежным тоном бросила ты, стараясь задеть его за живое.

Внешне он остался спокойным, но внутри всё яростно затряслось от дерзких слов. Он никогда не позволял людям брать верх над собой, над хищником, который без жалости был готов убивать и сеять хаос среди беззащитных жертв. Он всегда знал, что будет выше людей, но здесь оказалось, что роль жертвы теперь играет он, пытаясь подавить в себе чувства, что было совсем не свойственно его садисткой натуре. И твои слова пробудили в нём снова того хищника, который без жалости ломает, рушит и упивается кровью своих павших жертв, наслаждаясь их страд